universe Tinka1976
Глава 4.

- Значит, совет одобрил ваше решение, - сказала Келли, обращаясь к доктору Грэй, но не отрывая взгляда от лица Горацио. – Будете оперировать?
- Да, через два часа, - кивнула та. – Больше ждать нельзя.
- Разумно ли это, ведь риск так велик? – спросила Келли. Она не могла перестать об этом думать. Если б она возражала решительнее…
- Сейчас нужно думать о том, что будет в случае успеха, а не в случае поражения, - мягко сказала доктор Грэй.
- Да, он тоже так говорил иногда, - углом рта улыбнулся Эрик. Да и самим им не хотелось думать о том, что, возможно, сейчас они видят Горацио в последний раз.
- Если бы… - Келли глубоко вздохнула, сдержав рвущиеся с языка слова.
- Он взрослый человек и вправе сам распоряжаться своей жизнью, - доктор Грэй была так спокойна, что Келли подивилась бы ее равнодушию, если бы не взгляд. Теплый и сочувствующий. – Или вы думаете, он решил бы по-другому?
- Нет, - Келли снова вздохнула и тряхнула головой. – Вы правы, Горацио решил бы именно так.
Эрик хмыкнул и кивнул.
- Он услышит меня? – спросил он, взяв Горацио за руку.
- Думаю, да, - прищурилась доктор Грэй.
- Эйч, - Эрик наклонился ближе, сжимая руку Горацио. – Эйч, держись. Мы с тобой.
- Мы с тобой, - эхом повторила Келли, подойдя с другой стороны и осторожно положив руку на плечо Горацио.

***

Операция продолжалась всю ночь. Алекс съездила проверить детей и вернулась снова, остальные даже не думали уезжать. Постепенно всеми овладело странное состояние – они почти не волновались, они просто ждали. И даже не потому, что волноваться не было больше сил. Просто возникло доверие. То, что им удалось разузнать про доктора Кристину Грэй, внушало надежды. «Золотые руки», невероятная интуиция, высочайший профессионализм – за полтора года работы она сумела снискать такое уважение коллег и столько благодарностей от пациентов, что даже погибающий от зависти Этингейл не решался сказать ничего дурного в ее адрес. А в Горацио они не сомневались. И сейчас эти двое пытались решить сложную, но все же выполнимую задачу – вот какое отношение к происходящему утвердилось с подачи доктора Грэй.
- Он выжил, - сказала она с порога, раньше даже, чем кто-либо заметил ее присутствие. – Остальное станет ясно в течение ближайших суток.
Пакетик с двумя фрагментами пули перекочевал в руки Келли, но она равнодушно сунула его в карман, пристально вглядываясь в лицо докторши.
- Что-то не так? – тревожно спросила Алекс.
- Сердце останавливалось дважды за время операции, - взгляд доктора Грэй стал погруженным в себя, между бровями обозначилась морщинка. – Второй раз мы сумели запустить его лишь три минуты спустя. Лейтенант Кейн все еще на аппарате искусственного дыхания, о том, насколько удачно удалось извлечь пулю, можно будет судить через двадцать четыре часа. К этому времени гематома должна уменьшиться настолько, что перестанет давить на позвоночник, пройдет паралич и восстановится самостоятельное дыхание, - она обвела взглядом людей и неожиданно тепло улыбнулась. Никто не смог удержаться от ответной улыбки. – Сейчас лейтенант Кейн спит, и, думаю, вам неплохо бы заняться тем же, - сказала доктор Грэй. – Дежурить всем вместе не только необязательно, но и нежелательно.
Криминалисты переглянулись – им пора было уже на смену.
- Я останусь, - кивнула Элина.
- Хорошо, - сказала Келли, нащупывая в кармане пакетик с фрагментами пули. «За покушение на убийство», - такая формулировка ее устраивала гораздо больше.

***

Элина смотрела на Горацио. Он выглядел немного бледнее, чем раньше, а в остальном, казалось, и не покидал палату. Приподнятая подушкой грудная клетка, плотно закрытые глаза, закрепленный лейкопластырем тампон на груди выглядывает из-под ворота больничной рубашки. Капельница, руки лежат вдоль тела, аппарат равномерно качает воздух, заставляя его грудь подниматься и опускаться. Пока что никаких изменений не чувствовалось, хотя все уже было по-другому. Он выжил, он выздоровеет, станет таким, как прежде…
- Почему вы решили, что он не хочет жить? – спросила Элина, прищурясь и глядя на стоящую с другой стороны кровати Кристину. Вот уж кому точно не помешало бы поспать – бледностью она не уступала Горацио.
- Снайперы случайно не промахиваются, - пожала плечами Кристина. Помолчала и добавила. – Я не знаю. Я могу и ошибаться, - она отвела взгляд от лица Горацио и взглянула в лицо Элине. – Например, я думала, ваш муж… Его брат умер уже давно.
- Мы тоже так думали, - вздернула подбородок Элина.
- А теперь? – Кристина склонила голову к плечу.
- Теперь он действительно умер, - отведя взгляд, глухо сказала Элина. Она не знала, почему ее потянуло на откровенность, но… С этой странной женщиной легко было говорить.
- Это тяжело, - сказала Кристина.
Элина снова вскинула на нее взгляд – в этой фразе прозвучало не банальное соболезнование, а реальное сопереживание - она точно знала, как это тяжело, а это было возможно лишь в одном случае. Кристина уже не смотрела в ее сторону, она осторожно проверяла на чувствительность кончики пальцев Горацио, но его рука никак не реагировала на уколы, и Кристина положила ее обратно. То, как она касалась Горацио, как она смотрела…
- Он тоже потерял жену, - сказала Элина, изучающе глядя на Кристину.
- Давно? – спросила Кристина, даже не взглянув на нее. Поправила и так ровно лежащее одеяло, тронула волосы Горацио, будто утешая.
- Пару месяцев назад, - Элина внимательно наблюдала за лицом Кристины. Если она так равнодушна к нему, как пытается показать, почему так заботится? Профессиональное?
- С этим можно жить, - внезапно поднимая взгляд глаза в глаза, сказала Кристина. – Особенно если рядом будет близкий человек.
И вышла из палаты, оставив Элину потрясенно глядеть ей вслед.

***

Элина думала, что Кристина вернется нескоро – та явно выглядела усталой, вероятно, операция была тяжелой, но Кристина заходила каждые полчаса. Ее последние слова эхом стояли у Элины в ушах, но она никак не могла понять: кого Кристина имела в виду, ее или Горацио? Обоих? Или себя?
- Вы можете взять его за руку, - улыбнулась Кристина несколько часов спустя. – Теперь он почувствует. Паралич начинает проходить, - пояснила она, снова легонько трогая острием тоненькой иглы подушечки пальцев на левой руке Горацио. Пальцы чуть подергивались от этих прикосновений.
Ноги никак не реагировали.
- Не все сразу, - покачала головой Кристина, видя вопрос в глазах Элины. – Главное, процесс начался, - она откинула одеяло и принялась растирать ноги Горацио каким-то прозрачным гелем. – Нужно восстановить кровообращение, тогда процесс пойдет быстрее, - пояснила она.
Почему-то Элине было довольно неприятно наблюдать за ее движениями. Уверенные, плавные, точные и мягкие, они радовали глаз, но… Кристина постоянно подчеркивала свое индифферентное отношение, а эти движения не давали Элине поверить. Она развернулась и тихонько вышла из палаты.

***

Когда Элина вернулась, занавеска вокруг кровати снова была отодвинута, возле Горацио были Райан и Алекс, а возле стеклянной стенки снаружи тихо разговаривали Кристина и доктор Этингейл.
- Значит, ты его вытащила, - Этингейл засунул руки в карманы.
- Как видишь, - ответила Кристина.
- А что ты ему сказала? – Кристина опустила голову, скрестив на груди руки. Этингейл посопел и продолжил. – Что ты ему сказала, когда не запускалось сердце? Может, мне тоже пригодится, - усмехнулся он.
- Не пригодится, - спокойно ответила Кристина.
- Значит, что-то личное, - шутливо пихая ее корпусом, подколол Этингейл.
- А это не твое дело, Эдди, - голос Кристины изменился, и Этингейл тут же отступил на полшага.
- Ты отменила все операции на ближайшие три дня, выполняешь работу обычной санитарки, - будто сам с собой разговаривая, пробурчал Этингейл.
- Это тяжелый пациент, - пожала плечами Кристина. Ее тон снова был обычным, в меру небрежным. – Как только увижу, что моя работа окончена, займусь следующим.
Элина тихонько отступила назад, опасаясь, что сейчас кто-нибудь обернется. Пациент. Что-то не похоже. Хотя звучало очень убедительно.

***

- Вам удалось найти того, кто стрелял? – спросила Кристина у Келли.
- Да, - поморщилась Келли. Эрик сочувственно оглянулся. – Мы взяли его сразу же, бороздки с фрагмента пули совпали, так что Верден сядет очень надолго, - кивнула, улыбнувшись, она.
Кристина тоже кивнула, глядя на Горацио. Хорошо, значит, больше ему ничего не грозит.
- А почему он до сих пор на аппарате, если паралич уже прошел? – тут же тревожно нахмурилась Келли, подходя поближе к Горацио.
- Нужно время, - успокоила Кристина. Она прищурилась, вглядываясь в показания приборов – видимо, что-то ее настораживало. – Паралич полностью прошел около сорока минут назад, теперь лейтенант Кейн может дышать самостоятельно, но, скорее всего, придется подождать, пока он очнется.
- Смотрите, - прошептала Келли. Она взяла Горацио за руку, и его пальцы слегка сжались вокруг ее ладони.
- Горацио, - позвал Эрик, наклоняясь к нему.
Глаза Кейна внезапно широко открылись, и в тот же миг зашлись писком приборы. Горацио дернулся, выгибаясь.
- Руки держите, - скомандовала Кристина, и Эрик еле успел остановить потянувшуюся к горлу руку, прижав ее к кровати. – Осторожнее, - предупредила Кристина. Она быстро отсоединила шланг, ведущий к аппарату, и прижала голову Горацио к подушке, фиксируя лоб и подбородок.
- Расслабься, - спокойно сказала Кристина, не обращая внимания ни на рывки Горацио, ни на заполошный писк аппаратов. – Расслабь горло и сразу сможешь дышать, - повторяла она, глядя ему в глаза и продолжая удерживать его голову.
Через несколько секунд ее слова дошли до сознания Горацио, он сначала замер, а потом обмяк, расслабляясь в их руках, только грудь часто вздымалась от дыхания. Эрик и Келли выпустили его первыми и отступили, повинуясь жесту Кристины. Убедившись, что Горацио лежит спокойно, она тоже отступила на шаг.
- Оставьте нас, пожалуйста, - сказала Кристина, мягко подталкивая обрадованных Эрика и Келли к двери. – Как только мы закончим, я вас позову.
Закрыв за ними дверь палаты, она задернула занавеску вокруг кровати и подошла к Горацио. Он лежал спокойно, полуприкрыв глаза и внимательно наблюдая за ней. Кристина положила руку ему на лоб, вглядываясь в глаза.
- В горле трубка, сейчас мы ее вытащим, - она расстегнула загубник и сняла его. – На счет раз – вдох, на счет два – вдох, на счет три – глубокий вдох и очень длинный выдох. Понятно?
Горацио прикрыл и снова открыл глаза, показывая, что все понял, сделал три вдоха и длинный выдох, во время которого Кристина вытащила трубку, и откинулся назад, кашляя и непроизвольно схватившись рукой за горло.
- Попей, - Кристина поднесла стакан к его губам, приподняв ему голову.
Глаза Горацио сузились и лихорадочно заметались.
- Что случилось? – насторожилась Кристина.
- Я думал, вы погибли, - рассеянно улыбнулся Горацио, отчаянно напрягая память. Вот же оно, рядом!
Кристина слегка нахмурилась. Горацио вгляделся в ее глаза, потом перевел взгляд ниже и коснулся левого плеча под ключицей, даже сквозь халат и блузку ощутив выпуклые края отметины от пули. Он не мог угадать такое, он знал это, он видел… Видел лицо Кристины близко-близко, чувствовал вкус губ и запах волос, и осторожные прикосновения к его сплошь покрытому синяками телу…
То, что он принял за фантазии, было реальностью, а то, что он считал реальностью, было лишь фантазией.
«Сто лет одиночества», - всплыла фраза.
Тихий голос, тихий смех…
Он держал ее в объятиях, сидя на полу…
«Я видел, как наступил на мину побежавший к вам, не разбирая дороги, Дамир…» - Кристофер Менг довольно ухмылялся.
Темнота, боль и вкус прокисшей крови…
«Открой глаза. Я здесь…»
Глаза завязаны, во рту кляп, руки связаны сзади, а ноги волочатся по земле…
Воспоминания не желали выстраиваться в очередь, он вспомнил все разом. Темнота приветливо оскалилась, но Горацио дернулся в последний раз и открыл глаза.
Увидев, что он перестал метаться, Кристина отняла от его лица кислородную маску. Почему-то болели руки. Он скосил глаза и понял, что лежит, вцепившись в одеяло с такой силой, что побелели и занемели пальцы. Кристина проследила его взгляд, покачала головой и осторожными массирующими движениями помогла расслабить сначала одну руку, потом вторую.
- Вспомнил? – спросила она, промокая его лоб.
Горацио обессиленно кивнул.
- Хорошо, - улыбнулась Кристина. – С тех пор прошло два года, - мягко напомнила она, поглаживая его пальцы. – В тебя стреляли, снайпер. Попал выше бронежилета. Мы вынули пулю, и скоро ты снова будешь в порядке.
Горацио слегка вздрогнул. «В порядке». Нет уж.
- Я… - он запнулся. – Прости.
- За то, что забыл? – усмехнулась Кристина. – Но ведь не выдал, никто меня не искал.
- Я сам должен был найти, - нахмурился Горацио.
- Зачем? – прищурилась Кристина. – Тебе и так пришлось несладко. Неудивительно, что забыл.
- Я… - Горацио было трудно говорить, воспоминания не хотели успокаиваться, накатывали волнами, будто он только что это все пережил.
- Тише, успокойся, - Кристина погладила его по голове, но он поймал ее руку и прижал к губам. Почувствовал, как она напряглась, не принимая ласку, но и не желая вырывать руку, и тут же ощутил, почему.
Глаза подтвердили то, что он почувствовал на ощупь.
- Ты вышла замуж? – потерянно спросил Горацио, не выпуская ее руки.
- Три месяца назад, - спокойно ответила Кристина.
А чего он ждал? Он все забыл, но это полбеды, он убедил себя, что она мертва, вместо того, чтобы просто обыскать все больницы. Да за два года можно было весь город перевернуть. А он воевал с темнотой, в которую сам же себя и загнал.
- Ты счастлива? – спросил Горацио. Пусть запоздало, но хоть теперь ему хотелось убедиться, что у нее все в порядке.
- Пол замечательный человек и очень любит меня, - в глазах Кристины мелькнула какая-то тень. – Можно жить ужасом прошлого, не позволяя себе сделать шаг за порог любовно отстроенной личной пыточной камеры. А можно попытаться построить что-то другое. Не знаю, что из этого получится, но я готова попытаться.
Горацио прикрыл глаза. Он чувствовал себя совершенно вымотанным.
- Не надо так, - Кристина взяла его за руку. – Слышишь меня, Горацио Кейн? Самое страшное…
- Я помню, - перебил он. – Если заложник перестает стремиться к свободе. Больше я не забуду.
Горацио встретился взглядом с Кристиной. «Не знаю, что из этого получится, но я готова попытаться». А он готов?..

@темы: Эрик Делко, Элина Салас, Кристина, Келли Дюкейн, Горацио Кейн, "Снайпер"